Вчера в спортзале тренер попросил меня немного побоксировать с его новым учеником, чтобы мальчика разогреть. Почему бы и нет? Мальчик красив, как бог, ему лет пятнадцать. Через пару минут чувствую: здоровый дух отлетит от здорового тела. Тренер: "ну теперь ты понимаешь, что надо бы больше тренироваться?" – "Ты, знаешь, я сделала совсем другой вывод: у меня точно никогда не будет такого молодого любовника".

Hier quand je suis allée à la salle de gymnastique mon entraîneur m'a demandé de faire un peu de boxe avec son nouvel élève pour le réchauffer. C'étais un jeune garçon, il avait peut-être une quinzaine d'ans. J'ai boxé. Après deux minute j'ai étais morte lui, non. Mon entraîneur m'a demandé: maintenant tu as compris que tu dois faire plus de sport –Non, j'ai tiré une autre conclusion, je n'aurai jamais un amant si jeune.

Date:	2007-04-30 00:25
Subject:	Ода таланту обольщения
Security:	Public
Mood:	frustrated

Цитата из великолепного Амоса Оза: "Не спешил. Не торопил. Ждал пока она закончит, да и когда она умолкала, не набрасывался на нее, не перехватывал инициативу, а с удовольствием продолжал ждать: вдруг у нее есть еще что-то? Вдруг нахлынет еще одна волна?
Ему нравилось, если она держала его за руку, словно ведя за собой в своем собственном ритме. Нравилось аккомпанировать ей, как флейта аккомпанирует пению".
А теперь, кто скажет: каким именно качеством обладал этот идеальный любовник?

Получила пресс-релиз от Центра местной власти (есть такая в нашей действительности контора, объединяющая муниципалитеты и поселковые советы). Отчасти забастовка – их рук дело. Тема письма накарябана латиницей, а я ее не перевариваю. Но напрягаюсь и читаю: "правительство – гавно… " Думаю: хоть и верно по сути, но как-то чересчур экспрессивно. Напрягаюсь еще раз и еще раз читаю: "Правительство – главный виновник…" Сразу же стало неинтересно. Даже не открыла вложенный файл.

А коллега, вернувшись с обеда, сделал красивейшую опечатку: подводная лоЖка вместо подводной лодки.

В Израиле начали показывать "Жизнь в розовом свете". Трудно экранизировать ЖЗЛ. Особенно когда автор явно не дотягивает до своего героя. Вместо великой и сильной мы получили жалкую Эдит Пиаф. Вместо того чтобы восхищаться, мы ужасаемся. Все великое осталось за кадром. Вся боль и страдание - на экране. Шла и думала, как бы Пиаф отреагировала на эту "жизнь в розовом сиропе". Скорее всего, отвесила пощечину режиссеру и гордо удалилась. Вопрос только - досидела бы до конца или нет? Встала посреди фильма, наступая на ноги жующим попкорн гражданам, пробралась бы режиссеру, и на весь зал заорала "Мерд!".

Хотя с другой стороны, разве можно ругать режиссера, которым двигала большая любовь. И пытался он воссоздать самые ужасные сцены, чтобы докричаться до своей Любви. Вот сумасшедший наркоманский взгляд, крупным планом "цыплячьи", сведенные артритом руки, сутулая спина… Он смакует самые ужасные и нездоровые сцены, чтобы не нам, а Ей доказать, что все это его не пугает, он сильный и он бы справился с этим, если бы был с ней рядом… Эдакий душевный онанизм, бесконечная мастурбация, ради которой даже слегка подправлена биография и вычеркнуты практически все мужчины-соперники. Но что делать, если твоя Любовь давно умерла? Все это имеет право на существование, только стоило ли выставлять на показ результат этой неземной печали?

Кто больший еврей

Сидели, как водится на московской кухне, и осуждали еврейский вопрос. Сидели: двое гостей из Израиля и хозяйка квартиры. И, конечно же оказалось, что среди нас есть единственный чистокровный, по Галахе представитель народа Книги. И живет наш еврей не в Израиле, а в столице государства Российского. И на Святую землю собирается разве что в гости.


( Посмотреть в полный размер, 96,59 КБ, 800x600 )

( Посмотреть в полный размер, 80,45 КБ, 800x600 )

( Посмотреть в полный размер, 141,74 КБ, 800x600 )

Друзья, мой журнал был взломан. Кажется устранила последствия этого нашествия. Но все равно прошу извинить за абракадарбу, которая появилась у вас в лентах

Приходят на Новый год, еврейский разумеется, гости. У сестрицы на столе лежит книжка. Один из гостей берет и долго крутит ее в руках. Потом задумчиво: "Я понимаю новое поколение, без комплексов, но это уже, явно, перебор..." Книжка называлась "Хроника страха"... Первая буква в слове "страх" набрана литерой другим цветом и практически сливается с обложкой.

Грустно осознавать, что миром движет PR и реклама. Что может предпринять писатель для того, чтобы "продвинуть себя на рынке"? Смерть – это последняя пиар-акция, на которую он способен, чтобы привлечь внимание к своей скромной персоне. Жаль, только, что после этого не будет ни новых романов, ни новых книг…

К разговору о парикмахерских.
Я московскую парикмахерскую вспоминаю с ужасом. Очередь. Сижу около часа. Захожу в женский зал. Парикмахерша очень критично осматривает мою отросшую короткую стрижку. И вдруг кричит в мужской зал ( кстати, туда очереди не было): "Миша, это по твою душу!". Тут в дверях появляется мужик в грязном халате (он бы неплохо смотрелся где-нибудь на рынке) и кивает мне головой. Я еще ничего не понимая тащусь за ним… Он, конечно, же привел меня в мужской зал. И тут началась комедия.
Для начала он предложил мне вымыть голову в раковину, в которой и руки-то помыть можно с большим трудом. А я, надо сказать, девушка с большим женским достоинством. Я попыталась заснуть голову под кран, но уперлась этим женским достоинством в край раковины. Мужик, видимо, решил, что я плохо стараюсь и начал меня макать рукой под кран. Когда я завопила, что у меня в отличие от мужиков есть грудь и она под кран не лезет, он прекратил этот садизм и полил меня из ковшика.
Усадил в кресло, но при этом начал мне обмакивать лицо полотенцем так, как если бы он меня пред этим брил. Помада осталась на полотенце, а туш побежала, оставляя густые потеки.
Этот Миша оказался замечательным мастером. Но мужским. Он мне быстренько состряпал стрижку "под мальчика". И в общем, было неплохо. А затем, видимо, на автомате схватил одеколон. Я попыталась увернуться, но не получилось и мощная струя мужского парфюма ударила в нос. Хорошо, что это был хотя бы не "Шипр".
И вот когда Миша предложил мне за этот сервис заплатить по прейскуранту женского зала – я твердо сказала нет. И заплатила ровно половину – по расценкам, висящим в его, мужском, зале….

Вдруг вспомнилось, как в классе седьмом учительница литературы попросила меня взять шефство над одноклассником. Я, помнится, ему часа два пыталась объяснить, что такое лирика. Он пожирал меня глазами и совершенно не слушал. Когда, я разозлившись, спросила: "Ну и что же такое лирика?!". Он как-то сник и совсем упавшим голосом: "Лирика – это когда не смешно!".

Несколько дней беспричинно раздражалась на домашних. Оставленные в раковине тарелки хотелось запустить младшенькой в голову, брошенные на электробатарею ношенные(!) носки, которые тут же начали пронзительно вонять французским сыром, засунуть ей же под подушку, чтобы наслаждалась одна. Старшенькой тоже бы досталось за оставленный на кухонном столе открытый пузырек лака для ногтей, на который, по закону подлости, упала чугунная крышка от мощного "казанка" и он вместе с лаком разлетелся вдребезги.

В общем, сегодня настал день мести. Тихой и неосознанной. Встала по будильнику в 6 утра, но не проснулась. Сунула кусок замороженного "французского" батона в "микро" на 5 минут и уныло побрела чистить зубы. Когда вернулась из микро валил едкий зеленый дым. А когда открыла дверцу – вырвалось ядовитое густое облако. Вместо батона лежала нечто синего оплавившегося цвета.
Я открыла все окна и двери. Но вонь стойкая. Когда во всех комнатах зачихали и закашляли. Во сне. Выскочила из дома, пока не дали по шее, забыв кошелек, мобильник и блокнот с телефонами.

Я думаю, что спросоня они решили, что газовая атака началась и бросились искать противогазы. Которые, кстати, я вчера переложила в кладовку, забыв их предупредить.

Нет, никогда я не спою любимой серенад. Она их не поймет, напрасны мои старания. Вчера, умаявшись после переезда в новую квартиру, присели перекурить на каких-то пластиковых тюфиках. Над нами коробки и остовы фамильной мебели какого-то лохматого восемнадцатого века, перед нами натужно машет крыльями побитый переездом вентилятор… Пластиковые мешки под нами – скрипят и потеют. А она ( еще раз она – не я) начала говорить о Сибири. Абсурдно до головокружения. Типа – первая ассоциация, которую порождает бардак – снег, вой ветра за окнами и Доктор Жваго с Ларой в маленьком домике в Сибири…
Я тут же попавшись на уловку с чувственным завыванием из "сибирского цикла": свеча горела на столе. Естественно, по-русски. Другая бы (в смысле – любая из моего "московского донжуанского списка") тут же рассиропилась, поскольку на публичную романтику вдвоем меня пробивает нечасто. Но эту так просто Пастернаком по-русски не взять… Она даже не дослушав до конца, начала лепетать, что вот…Гетте… Я не дав договорить с восторгом: Гетте? Помнишь наизусть? Ну как там …типа, на севере диком стоит одиноко…?
Она так же легкомысленно. Знала – забыла… Не люблю классику.
Я с надеждой (все таки ее родина немецкая провинция Швейцарии), а Рильке знаешь? Она очень серьезно: Знаю. Он приходил к моему отцу, они сидели в салоне и пили…И даже какие-то книги с автографом есть.. – беспомощный взгляд по мешкам и картонкам, которыми завалена квартира..

пройти тест "какой вы кот?"

После бессонной ночи - утро короткое. То есть ощущение, что его и не было вовсе. Жизнь в открытое окно врывается со всей наглостью выходного дня - детские вопли возле кинотеатра на Дизенгоф, хоровое пение из подвальной синагоги, запах кофе из кухни.
Чувствую, что уже одна в постели. И вдруг над самым ухом включается радио: "Доброе! Утро!"
Первая мысль: "Ой, бляяяяяя! Где это я?" Прячу голову в подушку и начинаю отчаянно соображать: где и у кого? И что было?
Открываю один глаз. И вижу стоит моя муза в пеньюаре, в руках - учебник русского языка, на голове наушники… Улыбается. У нее абсолютной музыкальный слух и поэтому нет акцента. А идиотские интонации - от дикторов, начитавших кассету к учебнику. Поубивала бы!

Кстати, выглядит она, не смотря на правильное еврейство по обе стороны в нескольких поколениях так, что все пытаются с ней говорить по-русски. Поэтому первая фраза, которую мы выучили была: "Я не говорю по-русски". Но срабатывает плохо.
Заходим в магазин. Миленькая продавщица сначала что-то лепечет мне на иврите, но как только подходит Терри, девушка переходит на русский. Терри внимательно на нее смотрит и выдает свою коронную фразу без акцента: " Я не говорю по-русски".
Хохлушка, до этого молча пялившаяся в прилавок, комментирует, как бы про себя: "У-у-уу, как выебывается"…
Вечером мы учим следующую фразу: "Я не выебываюсь". Не думаю, правда, что это ей поможет.

Приехали в русский клуб с подругой, которая по-русски ни бум-бум. Вернее: "Зрасти!" у нее получается без акцента, чем вводит всех в заблуждение.
Клуб крохотный - мест на 25. Дизайн "под баньку". В 12 ночи народ еще пьет пиво и про водку не спрашивает. Подруга: "Ах, какие русские интеллигентные!".
Часа в два ночи дизайн начал давить на поддатые мозги публики. Какой-то костлявый и нескладный мальчик забрался на сцену и начал срывать с себя одежды и бросать в зал…. Получалось очень нескладно. Недоуменно остановился, когда кидать уже было нечего…
Подруга: "Ой, а почему организаторы не сказали, что будет стриптиз!".
Потом на сцену полезла девочка -тоже раздеваться. Затем мальчик мальчика -полез с претензиями к раздевшейся девочке.
И тут же ребята из Иерусалима начали собираться домой, пока не дошло до глобального мордобоя. Мальчики безуспешно пытаются поднять из-за стола упавшего товарища.
Подруга: "Ой, ну куда они его тащат? Пусть поспит, он же идти не может!"
Я: "Понимаешь, они уже должны ехать. А мальчик - их водитель. Подумаешь, идти не может! Рулить-то что ему мешает?"

Она восторженно лепетала: "Ах, думала ли я когда-нибудь, что у меня будет знакомая, можно сказать, подруга, из Сибири.. Ах, ах, декабристы, Толстой, Достоевский... Ах, снег и сосны и ели!!!! Напиши мне алфавит, я хочу учить русский язык"
Я мрачно: когда научишься говорить букву ЫЫЫЫЫ, даже азбуку куплю!
Знаю, это было бесчеловечно, но ничего не могла поделать. Израильтяне мою фамилию с двумя буквами, которых нет в их алфавите каверкают и при этом смотрят на меня виновато.
Но подруга не сдалась. Весь вечер я общущала себя, как в общественном туалете. Варварский и анти-социальный звук Ы не давался ей, как они ни тужилась.
Через два дня она позвонила и четко сказала -ЫЫЫЫЫЫ. Пришлось пойти в книжный магазин и купить азбуку первоклашек.

мои домашние смотрят российские новости про грипп, обсуждают. Я в это время с градусинком и дымящейся чашкой чая с лимоном выхожу из кухни. Они продолжают разговор: "Ну что и атм болеют люди и здесь. Там умирают. И тут тоже.." И с той же интонацией уже ко мне: "ну как тебе не лучше?"
Чай расплескался. Градусник разбился.
Никто не знает, как выковыривать ртуть из щелей?

В центре Тель-Авива у фонтана на Дизенгоф - блошинный рынок. Все, как на всех блошинных рынках мира: старые панамки, сломанные бинокли и авторучки, серебряные ложечки и перочинные ножики. Но один стол привлек внимание: старые фотографии 19 века - дамы в шляпах, мужчины в цилиндрах. Чьи-то родственники. Фотографии из семейного альбома. Зачем они там? Это каким одиноким надо себя чувствовать, чтобы купить чужих родственников?